Дозоры. От Ночного до Шестого (сборник) - Сергей Лукьяненко

Она повернулась ко мне – глаза были затуманены. Ее невидимые магические посланники еще не успели развеяться и сейчас, развоплощаясь в десятках и сотнях километров от нас, слали свои последние доклады.

Я знал какие.

– Пусто… – прошептала Светлана. – Пусто везде. Ни Надюшки… ни ведьмы…

Глаза ее вновь обрели жизнь. Это значит – истлела магическая паутина, упали на землю и растаяли белые птицы, лопнул в небе радужный шар.

– Везде пусто, – повторила Светлана. – Антон… надо успокоиться.

– Она не могла уйти далеко, – сказал я. – И ничего плохого Наде не сделала, поверь!

– Заложник? – спросила Светлана. На ее лице я прочел надежду.

– Район обложила Инквизиция. У них свои методы, даже Арине мимо заслонов не пройти.

– Так… – прошептала Светлана. – Ясно.

– Чтобы убежать, ей требуется помощь со стороны, – то ли Свету, то ли себя убеждая, сказал я. – Добром она ее не получит. Решила нас шантажировать.

– Мы сможем выполнить ее требования? – сразу взяла быка за рога Светлана. Не уточняя, станем ли выполнять… Да куда мы денемся? Все выполним… если сможем.

– Надо дождаться требований.

Светлана кивнула:

– Да… дождаться. Чего именно, звонка?

И тут же вскинула руку, посмотрела на окно спальни.

Через миг, разбив стекло, из спальни вылетел подаренный Ариной гребень. Светлана взяла его в руки – брезгливо, будто омерзительное насекомое. Несколько секунд смотрела на гребень – а потом, поморщившись, провела им по волосам.

Раздался тихий, добродушный смешок. И где-то в голове голос Арины произнес:

– Ну здравствуй, милая. Вот и познакомились. Пригодился подарочек-то?

– Запомни, старая тварь… – держа перед собой гребень, начала Светлана.

– Знаю, знаю, родная. Все знаю и помню. Если только волосок с головы Наденьки упадет – ты меня на краю света найдешь, с пятого слоя вытащишь, жилу за жилой вытянешь, на кусочки порежешь и свиньям скормишь. Все знаю, что хочешь сказать. И верю – так и сделаешь.

Голос Арины был серьезным. Она не издевалась, а вполне серьезно объясняла, как, по ее мнению, надо с ней поступить. И Светлана молчала, не выпуская из рук гребень. Лишь когда ведьма замолкла, произнесла:

– Хорошо. Тогда мы не станем зря тратить время. Я хочу поговорить с Надюшкой.

– Наденька, скажи маме «привет», – попросила Арина.

Мы услышали вполне веселый голосок:

– Привет!

– Надюша, с тобой все в порядке? – осторожно спросила Светлана.

– Ага… – сказала Надя.

И тут же заговорила Арина:

– Волшебница, я твоей дочке вреда не причиню. Если только ты сама глупостей не наделаешь. Мне от вас немного надо – за кордоны выведите и получите дочку назад.

– Арина, – беря Светлану за руку, сказал я, – район оцеплен Инквизицией. Ты это понимаешь?

– Иначе бы помощи не просила, – сухо ответила Арина. – Думай, чароплёт! В любом заборе слабая досочка найдется, в любой сети – прореха. Выведи меня – верну дочку.

– А если не смогу?

– Тогда мне все едино, – проронила Арина. – С боем буду прорываться. А девочку вашу, не обессудьте, убью.

– Зачем? – очень спокойно спросил я. – Какая с того тебе польза?

– Как это – какая? – удивилась Арина. – Если прорвусь, то в следующий раз любому будет ясно – не шутки шучу. Да и еще… знаю я того, кто любит чужими руками грязную работу делать. За смерть вашей девочки он мне хорошо заплатит.

– Мы попробуем, – сказала Светлана, крепко сжимая мою руку. – Слышишь, ведьма? Не трогай ребенка, мы спасем тебя!

– Вот и договорились, – будто бы обрадовалась Арина. – Думайте тогда, как мне за кордоны выйти. Сроку вам – три часа. Придумаешь раньше, чаровница, так возьми снова гребень и причешись.

– Только не трогай Надюшку! – крикнула Светлана дрогнувшим голосом.

И тут же сделала левой рукой легкий пасс.

Гребень покрылся ледяной коркой. Светлана бросила его на стол. Пробормотала:

– Старая дрянь… Антон?

Секунду мы смотрели друг на друга. Будто перебрасывали мячик инициативы.

Заговорил я:

– Света, риск очень большой. В открытом бою она с нами не справится. Поэтому возвращать Надю для нее значит подставляться.

– Мы найдем ей коридор… выход… – прошептала жена. – Пусть выйдет за границы оцепления и оставит Наденьку. Я ее сразу найду. Пусть хоть в другой город уедет и там Надю оставит! Я открою проход… я знаю как. Я сумею! Я через минуту там буду!

– Правильно, – кивнул я. – Через минуту. И что дальше? Ведьма-то далеко уйти не успеет. А как только Надя будет с нами, ты захочешь найти Арину и развоплотить.

Светлана кивнула:

– Разорвать, а не развоплотить… Для ведьмы правильнее – воспользоваться нашей помощью, но Надю все равно убить. Антон, так что же делать? Звать Гесера?

– Если она это почует? – вопросом ответил я.

– Позвонить? – предположила Света.

Я подумал. Кивнул. Все-таки Арина изрядно отстала от жизни. Догадается ли она, что мы можем связываться с Гесером не магическим образом, а по обычному сотовому телефону?

Телефон Светланы оставался в доме. Она вытащила его оттуда таким же небрежным пассом, как и гребень. Еще раз посмотрела на меня – я кивнул.

Время просить о помощи. Время требовать помощь. Всю мощь московского Ночного Дозора. В конце концов, Гесер делает на Наденьку свои, неизвестные нам ставки…

– Подождите! – окликнули нас от калитки.

Мы обернулись, наверное, излишне резко вскидывая руки в боевую стойку. Мир для нас уже не был обычным, человеческим. Мы теперь жили в мире Иных, опасном мире, где все решает сила заклинаний и скорость реакции.

Но сражаться не пришлось.

У калитки стоял молодой человек, за ним трое детишек, два мальчика и девочка. И мужчина, и дети были одеты во что-то серовато-зеленое, полувоенное, напоминающее униформу разгромленной армии. Мужчине было лет двадцать пять, детям – лет по десять. Отцом он быть не мог, да и братом тоже – слишком разные черты лица.

Только одно общее – темная аура. Дикая, косматая, никак не вязавшаяся с симпатичными лицами и аккуратными короткими стрижками.

– А вот и наши оборотни пожаловали, – пробормотал я.

Мужчина коротко склонил голову, признавая мою правоту.

Какой же я дуралей!

Искал взрослого с тремя детьми, а пионерлагерь проверить не удосужился!

– Пришли сдаваться? – холодно спросила Светлана. – Не вовремя!

Какими бы слабыми Иными они ни были, но недавний вихрь Силы должны были уловить. Да и ту веющую от Светланы мощь, что не оставляла никаких шансов оборотням, вампирам и прочей магической шушере. Света сейчас могла одним взмахом руки врыть их по шею в землю.

– Погодите! – быстро сказал мужчина. – Выслушайте нас! Меня зовут Игорь. Я… я зарегистрированный Темный Иной шестого уровня.

– Город? – коротко спросила Светлана.

– Сергиев Посад.

– Дети? – продолжала она допрос.

– Петя из Звенигорода, Антон из Москвы, Галя из Коломны…

– Зарегистрированы? – уточнила Светлана. Ей явно хотелось услышать ответ «нет» – после чего судьба Игоря была бы решена.

Мальчишки молча задрали рубашки. Девочка чуть замялась, но тоже расстегнула верхнюю пуговицу.

У всех были печати.

– Это тебе не сильно поможет, – пробормотала Светлана. – Идите в сарай, там ждите оперативную бригаду. Будешь объяснять Трибуналу, почему повел щенков охотиться на людей.

Но Игорь опять замотал головой. На его лице отразилось искреннее волнение, причем не за себя, вот ведь что удивительно!

– Подождите! Прошу вас! Это важно! У вас ведь есть дочка? Девочка-Иная, Светлая, лет двух-трех?

– Мы видели, куда ее повели, – тихонько сказал мой маленький тезка.

Я отстранил Светлану. Вышел вперед. Спросил:

– Чего вы хотите?

И мы понимали, чего хотят оборотни. И оборотни знали, что мы все понимаем. Самое печальное – им было ясно, что мы согласимся на торг.

Но всегда есть детали, которые стоит обговорить.

– Обвинения в мелкой халатности, – быстро сказал Игорь. – Во время прогулки мы случайно попались на глаза детям и напугали их.

– Ты охотился, зверь! – не выдержала Светлана. – Ты со щенками охотился на человеческих детей!

– Нет! – Игорь замотал головой. – Ребятишки расшалились, решили поиграть с человеческими детенышами. Я подошел, оттащил их. Виноват, недоглядел.

Он все правильно рассчитал. Я не смог бы полностью закрыть глаза на случившееся, даже пожелай этого. Факту уже дан ход. Вопрос лишь в том, как классифицировать случившееся. Попытка убийства – это почти наверняка развоплощение для Игоря и строжайший контроль за щенками. Мелкая халатность – всего лишь протокол, штраф и «особый контроль» за его дальнейшим поведением.

– Хорошо, – сказал я. Торопливо, чтобы Светлана меня не опередила. – Если поможете – будет вам «мелкая халатность».